Кравчук Л., Шушкевич С. и Ельцин Б. после подписания соглашения о создании СНГ, 1991 год. Фото: Дмитрий Соколов/ТАСС
Именами Ельцина, Кравчука и Шушкевича следует называть не университеты и фонды, но крематории или свалки
8 декабря 1991 года в Беловежской Пуще президенты России - Борис Ельцин, Украины - Леонид Кравчук и председатель Верховного Совета Белоруссии Станислав Шушкевич подписали Беловежское соглашение. Согласно ему, единое Государство, существовавшее веками, было распущено в одночасье, напоминает философ и политолог Александр Дугин.
Что совершили эти три персонажа? Нет никаких сомнений или колебаний, никаких споров и разногласий - они совершили историческое ПРЕСТУПЛЕНИЕ. И поэтому они,- и их советники, а также все те, кто рукоплескал этому, оправдывал это и способствовал этому - прокляты. Если мы не назовем вещи своими именами, никто этого за нас не сделает. Они не создавали единой континентальной державы, не им ее было и сносить. Но так всегда и бывает: созидают герои и творцы, уничтожают - ублюдки и выродки. Их именами следует называть не университеты и фонды, но крематории или свалки, подчеркивает Дугин.
Советский Союз было своеобразным изданием Российской Империи. Преемственность была в истории – это самое главное, а также в территории, в народах, в культуре, в цивилизации. Да, идеологию большевики сменили – с монархической и православной на свою, марксистскую. И поначалу принялись рушить и саму Империю. Но вовремя остановились и снова стали все собирать назад. Мы можем как угодно относиться к большевикам или к Сталину, одни - плохо, другие - хорошо. Но к стране, к Отечеству, к народу, к истории, к пространству мы должны относиться со священным почтением, указывает философ. И тот, кто считает иначе, - с вещами на выход. Это закон любого общества, любой страны: не признаешь страну своей, пошел вон, никто не держит. Но идти вон должны были Ельцин, Кравчук и Шушкевич, а также их советники. Одни. Без территорий и народов. Хочешь предать, предавай, только все данное тебе историей оставь на месте. В этом был смысл реформ великого государя Ивана Васильевича: задумал бежать к литовцам – беги, только землю и крестьян оставь. Это Русь.
То, что разрушили в Беловежской Пуще трое позднесоветских аппаратчиков и была Русь. Наша держава, великое континентальное могущество. Геополитический бастион Евразии. Сердечная земля. Евразия. Они развалили Империю. Не исправили ее, не излечили, не обновили, не улучшили. Они ее добили, подчеркивает Дугин. И поэтому день этот, 8 декабря 1991 года, и эта тройка, и все, что было потом в омерзительные и подлые 90-е, в период развала и внешнего управления, в эпоху триумфа "Болота" на всем постсоветском пространстве, все это в нашей истории необратимо окрашено в черные тона. В такие же, как княжеские усобицы, Смутное время, бунты и перевороты, нашествия иноплеменников.
Путин назвал развал СССР геополитической катастрофой. Это – водораздел. Все, кто считает так же, как Путин, – по одну сторону, кто не считает – по другую. Не потому, что так сказал Путин. А потому, что он сказал правду. Русскую правду. И другой для нас нету, констатирует философ.
При этом важно: проклятия, посылаемые дню 8 декабря 1991 и преступникам Беловежской Пущи, совсем не означают ни автоматической солидарности с большевизмом, ни какого-то выдуманного великорусского шовинизма, указывает Дугин. Беловежская тройка обвалила Империю. И Империя эта существовала до большевиков и будет существовать без большевиков и в будущем. И Империя эта была построена не только нами, великороссами, но и всеми остальными народами – и белорусами, и малороссами, и татарами, и кавказцами. Всеми вообще. Да, великороссы были ядром. Но без всех остальных, без наших евразийских братьев по Империи мы бы не справились. Поэтому пострадали все. И сейчас страдают все. И еще какое-то время будут страдать.
Есть события, которые необходимо преодолеть. Есть тяжелые заболевания или тяжкие пороки, которые невозможно излечить без хирургического вмешательства или глубокого сердечного покаяния. Сегодня нам необходимо и то, и то. И вырезать опухоль, благодаря которой мы смогли потерять великую Державу под корень. И осмыслить по-настоящему глубоко, что же мы наделали. И вынести самому событию и нашей пассивности приговор совести. За 8 декабря мы можем только каяться. Это день покаяния, подчеркивает философ.
И, отталкиваясь от этого, у нас есть только один путь – как преодолеть эту черную дату, продолжает он. Нам ничего не остается, как построить Империю заново. Пусть она называется Евразийским Союзом. Дело не в имени, дело в том, чтобы все пространство Северной Евразии, где за тысячелетие сложилась уникальная цивилизация и мощнейшая мировая держава, снова стало единым – стратегически, геополитически, духовно. Империя – это НАША Родина. Наша общая Родина – нас русских, и всех, кто с нами, и с кем, кстати, мы. Одна на всех. Никак не меньше. Родин много не бывает.
Трудно, постепенно, с огромными усилиями и тяжелыми потерями, но… мы все вернем назад, заключает Дугин.
Комментарии (0)