В СССР никакой такой должности - "главный по детям" - не было. И как-то обходились без него. Тем более, что и название должности калька с западного аналога "омбудсмен". Тогда, впрочем, и педофилов заметно не было. Вообще, детей любили, но без фанатизма. Мне кажется, на эту должность не надо назначать никого. Права детей должны защищать правозащитники. Те самые, которые борются с государством, вместо того, чтобы бороться за людей в государстве. 
Пост уполномоченного по правам ребенка — типично западная новация, пересаженная на российскую почву. Там, в европах, детский омбудсмен — это такой штатный гуманист.
На данную должность идут люди с соответствующим бэкграундом и менталитетом. И требования к ним со стороны общества, обеспокоенного положением несовершеннолетних, которым по современным представлениям грозит множество опасностей, также понятны.
У нас же, в России, как в петровские времена, идет чисто механическое перенимание наимоднейших западных «мулек» без элементарного понимания их содержания и сути. Где-то кто-то услышал, что бывают некие уполномоченные по детству. Звучит неплохо, дети — вообще святое, почему бы не внедрить? И внедрили.
Первый шаг был с кадровой точки зрения весьма удачен. В 2009-м омбудсменом назначили Алексея Голованя, признанного специалиста, бывшего московского уполномоченного по правам ребенка. Но уже через четыре месяца Головань уволился — самая загадочная отставка десятилетия.
Потом пришел Астахов, кгб-шник, адвокат, болтун с телевидения. Все его патриотические телодвижения диктовались из Кремля. Он был фигурой, передающей указания сверху - как будто без нее нельзя было обойтись. Можно и другого козла отпущения подобрать при желании.
Не нужны нам западные "мульки". И должности надо сокращать, а не вводить новые, расширяя аппарат до бесконечности.
Комментарии (0)